Кандалакшским районным судом Мурманской области рассмотрено гражданское дело по иску местной жительницы о признании трудового договора заключенным на неопределенный срок, о восстановлении на работе, взыскании заработной платы за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

В обоснование иска указано, что между истцом и ответчиком заключен трудовой договор, по условиям которого истец была принята на работу на должность машиниста насосных установок на определенный срок, ограниченный окончанием работ по модернизации оборудования. В соответствии с приказом работодателя она была уволена в связи с истечением срока трудового договора на основании пункта 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации. Истец полагала, что трудовой договор был заключен с ней на неопределенный срок, модернизация оборудования фактически не проводилась, в связи с чем увольнение по истечении срока трудового договора является незаконным.

Проанализировав фактические обстоятельства дела, нормы Трудового кодекса Российской Федерации, регламентирующие основания для заключения срочного трудового договора в совокупности с разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенными в постановлении от 17.03.2004 № 2, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения иска.

Судом установлено, что трудовой договор, заключенный истцом с работодателем, содержит взаимоисключающие сведения в части существенных условий труда, а именно срока, на который заключен договор. В одном из пунктов указано, что истец принята на работу временно, до завершения работ по модернизации оборудования, в другом – на неопределенный срок.

При изучении копии заявления о приеме на работу судом обнаружена дописка «…временно до окончания модернизации», которая по характеру записей и техническому исполнению в совокупности с объяснениями истца, которая настаивала на том, что запись выполнена не ею, позволила судить о том, что запись была произведена позднее и иным лицом. Подлинник заявления утрачен работодателем и не был представлен в суд.

Оценив неустранимые противоречия в части существенных условий труда в пользу наиболее незащищенной стороны трудового договора, то есть работника, суд пришел к выводу о том, что при вступлении в трудовые отношения работник не выражала согласия на заключение с ней срочного трудового договора.

Помимо изложенного, в ходе судебного разбирательства стороной ответчика не были представлены доказательства наличия обстоятельств, которые бы в соответствии со статьей 59 Трудового кодекса Российской Федерации предопределили возможность заключения срочного договора.

Возможность заключения срочного трудового договора обусловлена временным увеличением объемов работы предприятия, для выполнения которых и производится набор специалистов на период, ограниченный каким-либо фактом или наступлением определенных обстоятельств, либо на неустановленный срок, но который в любом случае ограничен окончанием выполнения конкретной, заведомо определенной работы.

Проанализировав характер работы, условия ее выполнения и содержание трудовой функции на протяжении всего периода работы истца у ответчика, суд пришел к выводу о том, что целью приема истца на работу являлось выполнение регулярной, круглосуточной, осуществляемой в сменной режиме работы, связанной с обеспечением бесперебойной и безаварийной работы оборудования. При этом на истца не возлагались обязанности по проведению работ, выходящих за рамки обычной деятельности, в том числе по реконструкции, модернизации, монтажным или пусконаладочным работам, ей не поручались дополнительные объемы работы, она не была принята на работу для выполнения заведомо определенной работы, которая носит конечный и в этом смысле – срочный характер.

При таком положении суд посчитал, что оснований для заключения срочного трудового договора не имелось, а потому, в силу части 5 статьи 58 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор считается заключенным на неопределенный срок.

Таким образом увольнение истца по правилам части 1 статьи 79 Трудового кодекса Российской Федерации по основанию, предусмотренному пунктом 2 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, в связи с истечением срока трудового договора, суд признал незаконным, а потому восстановил истца на работе в прежней должности, взыскал с ответчика средний заработок за время вынужденного прогула и компенсацию морального вреда.